wordpress themes.

Пресс-центр

«КУРИЛГЕО» НА УРУПЕ

Открытые геологами Сахалинской геологоразведочной экспедицией ещё в конце прошлого века запасы золота на острове Уруп, пусть и не самые большие в области, в 2001-2002 гг. были подтверждены дальнейшими поисковыми работами, в ходе которых были найдены новые золоторудные проявления. Затем к освоению месторождений благородного металла приступило ООО «Урупская горно-геологическая компания», которое на протяжении ряда лет проводило геологоразведочные изыскания месторождения «Купол». Однако что-то помешало его полномасштабному освоению, возможно, недостаток финансирования. В мае 2006 года на Урупе появилось ООО «КУРИЛГЕО», являющееся дочерним предприятием горно-металлургической группы компаний Solway Investment Grоup. С указанного времени общество провело детальные геологоразведочные работы на Западно-Тетяевском участке, защитило запасы Айнского золоторудного месторождения и получило лицензию на разведку и добычу сроком на 30 лет. Подробнее рассказать о ходе работ на северном острове нашего района и ответить на ряд других вопросов, в том числе по экологии, мы попросили генерального директора «КУРИЛГЕО» Виталия Филиппова, побывавшего недавно на Итурупе.

— Решение о разработке месторождения принималось непросто, — рассказывал он. — Вначале мы долго занимались технологическими исследованиями наших проб в институте Иркутска. На принятие окончательного решения повлияло повышение цены на золото: тогда грамм металла стоил 600 рублей, а сейчас – 1400 рублей. Поэтому пришли к выводу, что освоить месторождение — экономически целесообразно.

— Виталий Ильич, что наш район, в состав которого входит Уруп, сможет получить от «КУРИЛГЕО»?
— Во-первых, наш начальник отдела кадров плотно общается с Центром занятости в Курильске. Я хочу установить в нашей компании квоты на приём на работу в размере 10-15 процентов для жителей Итурупа. Сейчас у нас работают в основном жители Сахалина, есть – с Кунашира и Шикотана, недавно принял двух человек из Курильска. Присутствуют люди из Приморья, так как некоторых специалистов просто нет в Сахалинской области.

Во-вторых, вижу необходимость участия компании в каких-то социальных вопросах. В каких именно? Думаю, в этом нам следует определиться с местной властью и сообществом. Например, в Македонии на одном нашем предприятии держится школа, втором – спортзал.

В-третьих, мы платим налоги в бюджеты всех уровней. В частности, на Итурупе открыто наше обособленное подразделение, поэтому в местный бюджет идёт подоходный налог с зарплаты моих работников, которые получают в среднем 85 тысяч рублей в месяц. Сегодня штат предприятия порядка 75 человек. При выходе его на проектную мощность он составит 250 работающих. Но с учётом вахтового метода работы, списочный состав компании будет около 400 человек. Я произвёл для наших акционеров примерный подсчёт налогов, которые мы будем платить в федеральный бюджет в ближайшем будущем, получилась цифра в 360 миллионов рублей в год.

— Расскажите, пожалуйста, о первых шагах деятельности фирмы на Урупе?
— Собственно на острове мы начали с инженерных изысканий (проведено пять типов, включая гидрологические, экологические и даже археологические). Но так как мы прекрасно понимали, что без надёжной транспортной схемы будет сложно построить производственный объект практически на необитаемом острове, в 2007 году в Китае разместили заказ на корабль, оборудованный аппарелью, чтобы иметь возможность разгрузки доставляемых материалов, техники и оборудования прямо на берег. И нас данное судно очень выручает в полноценной работе.
Мы всегда работаем открыто. Не стану скрывать, что для нас этот проект далеко не самый большой: в Македонии у нас есть одно месторождение, на котором выбирается горной массы (руда) 12 миллионов тонн. Для сравнения: на Урупе предполагается – всего лишь 1,5 миллиона тонн в год. Но у нас есть все основания, в том числе и технологические, считать, что производство на этом острове должно быть эффективным. Сейчас у нас на балансе стоит 8,5 тонны разведанных запасов золота, чуть севернее от данного участка есть ещё подтверждённые 4,7 тонны металла. А в общем на Урупе, только на нашей лицензионной площади, имеется, согласно прогнозам, порядка 21 тонны золота. Но на острове есть и другие, не менее перспективные золотоносные участки. На Итурупе, как всем известно, тоже есть два подобных участка. И не исключается, что в будущем мы обратимся за получением поисковой лицензии для работ на вашем острове. Ведь кто-то же должен занять пустующую нишу на Курилах по добыче драгметаллов.

— На сколько лет работы рассчитан ваш проект на Урупе?
— Мы рассчитываем, исходя из разведанных запасов, поработать 15 лет на этом острове. В дальнейшем, надеюсь, появится желание взять поисковую лицензию на соседние участки. У нас будет производственная база на Урупе, и было бы глупо не заниматься приращением ресурсов. Собственно для этих целей мы вошли и на Кунашир. Мы – горнодобывающая компания, и даже не намечаем заниматься тем, что нам неизвестно, например, рыбодобычей.

— Виталий Ильич, в Интернете развёрнута кампания против работы «КУРИЛГЕО» на Урупе, мол, за десять лет геологоразведочных работ численность морзверя в акватории острова уже сократилась вчетверо, а с вашим приходом на него — будет ещё хуже. Мне не понаслышке известно, как проводятся работы полевыми отрядами геологов, и неоднократно доводилось бывать на Урупе в эти годы, поэтому я критически отнёсся к подобным заявлениям. Тем не менее, прошу Вас немного рассказать о способе извлечения золота из руды, который будет применяться на Урупе.
— Нам отведен участок площадью 251 гектар. На нём расположены рабочий посёлок, склады, дороги и собственно производственная территория, включая отвалы. Разрабатываемый карьер будет занимать, примерно одну двадцатую часть от всего землеотвода. Добытая в нём руда сначала будет отвозиться на склад, а с него – на дробильный комплекс. Руда, измельчённая до фракций 30 мм, складывается на специально подготовленной площадке в штабель (трапециевидный холм высотой до 9 метров). А поверх штабеля прокладываются пластиковые трубопроводы, как для поливки огорода, из них на кучу руды потихоньку сочится цианидный раствор, так как золото растворяет лишь «царская» водка или цианид, то есть нам важно перевести этот металл в раствор. Технологией предусмотрено, чтобы «золотой» раствор самопроизвольно не покидал пределы площадки, это очень важно в плане и экологии, и производства. Кстати, кучное выщелачивание считается одной из лучших природосберегающих технологий. Стекающая жидкость попадает в пруд рабочих растворов. Чтобы в случае обильных осадков не произошла их утечка, сразу за этим прудом существует ещё один, гораздо больший по вместимости — аварийный пруд. Кроме того, сверху штабель укрывается плотной, толщиной в один миллиметр, полиэтиленовой плёнкой. Из пруда раствор перекачивается на фабрику, где из него извлекается золото, а очищенный от него цианид возвращается вновь в производственный цикл. Не в наших интересах терять раствор цианида, так как его стоимость на рынке в сухом виде от трёх до четырёх тысяч долларов за тонну. А его ещё нужно доставить на остров.

— Сколько времени нужно для разложения раствора цианида?
— На солнце он разлагается бесследно за два часа. А в условиях туманного острова, думаю, будет разлагаться от шести до восьми часов. Но здесь я хотел бы затронуть тему сохранения морзверя возле Урупа. Я обращался к специалистам Сахалино-Курильского территориального управления с просьбой дать рекомендации, что нам следует сделать, чтобы сохранять на острове популяции морзверя, калана в том числе. Мне посоветовали обратиться к бывшему инспектору «Сахалинрыбвода», теперь он на Итурупе, Александру Болдареву, когда-то работавшему на Урупе на протяжении десяти лет. Но, к сожалению, он сейчас в отпуске. Когда он приедет, надеюсь с ним встретиться, поговорить. Мне известно, что геологи вели на Урупе только буровые работы, но никаких взрывов не производили. Энтузиасты-общественники из «Экологической вахты Сахалина» без объяснения причин потребовали, чтобы «КУРИЛГЕО» вообще покинуло Уруп. Хочу сказать, что наши объекты инфраструктуры соответствуют требованиям экологической экспертизы. И у нас нет и не было намерений что-то разрушить на этом острове. У нас есть намерение – поставить на побережье, поближе к мысу Ван-Дер-Линда вагончик с человеком, чтобы вести наблюдение за всей прилегающей акваторией, и установить видеокамеры, чтобы никто из браконьеров и не подумал покуситься на морзверя. Да и провокации нам не нужны.
— А если к вам на производство захотят наведаться экологи, примете?
— Несомненно. Есть государственные или аккредитованные государством экологические службы, представителей которых я готов всегда принять и на своём корабле доставить на Уруп. Пусть делают всё, что им необходимо, — хоть круглогодичный мониторинг и другие исследования. Ни в чём им не откажу, как это уже было с сахалинскими археологами во главе с уважаемым господином Василевским. Они приехали на Уруп для изысканий и сказали, что возле вашей дороги есть стоянка айнов, мол, сделайте так, чтобы она не разрушалась и была под вашей охраной. Мы приняли их рекомендации, сделали всё, что им было нужно и… стали друзьями.

Мне хорошо известно, что есть силы, желающие всеми средствами затормозить развитие Курил.

Беседовал Анатолий Самолюк

«Красный маяк», 10 июля 2013 года

Яндекс.Метрика